Новороссия как приговор для Украины /АНАЛИТИКА/

4807_originalАнализ политической ситуации в Новороссии сегодня, как и все последние месяцы, осложняется тем, что доскональной правды о ней не знает никто, не существует точного плана, каким должно стать это государственное образование через месяц или через год. И дело здесь не в режиме привычной секретности, и даже не в традиционном бардаке, а в том, что слишком многое нынче зависит от случайностей военного хаоса. Идёт война, солдатская фортуна переменчива: она не всегда зависит от качества вооружения и уж тем паче от риторики политиков, находящихся за сотни километров от зоны боев.

Направление удара — Киев?

Большинство аналитиков, тем не менее, склоняется к тому, что политическая ситуация в Новороссии, претерпев за последние несколько дней ряд качественных изменений, наконец, устаканилась и выглядит следующим образом:

1. Москва окончательно решилась поддержать борьбу ДНР и ЛНР за независимость от киевской хунты, их постепенное политико-военное сближение уже весьма близки. При этом степень суверенности Новороссии и её географические границы будут отныне зависеть не только от военных успехов ополчения, но и в значительной мере — от внутриполитической обстановки на самой Украине, испытывающей нарастающие экономические трудности. То есть о «сливе Донбасса» речи уже не идёт — зато может встать вопрос о «борьбе за Киев».

2. В этой своей решимости, однако, Москва не готова делать ставку на прежние новороссийские кадры: как среди боевых командиров (Стрелков, Болотов), так и в гражданском руководстве (Бородай). Вместо них на авансцену выходят другие персонажи — преимущественно с украинскими паспортами и, возможно, чуть более управляемые из «правильных» кремлёвских башен, а также чуть более «компромиссные» в глазах тех украинских элит, которые были бы готовы сесть за стол переговоров с Новороссией вопреки безумству киевской хунты.

Суть изменений заключается в постепенном переформатировании борьбы за Новороссию как сугубо антиукраинского проекта — во внутриукраинское противостояние, целью которого является уже не столько откол Донецка или Луганска, сколько «пересмотр итогов госпереворота» в Киеве. Фактически, речь идёт о планах превращения Новороссии в пророссийскую «Новоукраину», с попыткой её расширения до границ всей «Незалэжной».

Дальше в экспертных версиях происходящего начинаются расхождения.

Одна группа наблюдателей полагает, что Москва достигла принципиальных договорённостей с донецким олигархом Ахметовым о том, что тот отрекается от Киева и «впрягается» в финансовую и организационную поддержку Новороссии. Взамен же Москва, дескать, согласилась «снять» наиболее непримиримых лидеров ополчения, которые не пожелали идти на компромиссы со «старой элитой» Донбасса, запятнавшей себя коллаборационизмом с киевскими властями.

В худшем случае, подобная комбинация может воскресить неактуальный пока сценарий федерализации в рамках «единой и неделимой» Украины, при котором Донбасс, тем не менее, получит серьёзные политико-финансовые преференции.

Другие аналитики, напротив, склонны видеть в свежих кадровых перестановках усиление вектора на максимальный отрыв Новороссии от Украины. Кадровые перестановки в ополчении они объясняют долгожданной организационной реформой, в результате которой разрозненные группы полевых командиров должны превратиться в полноценную армию всей Новороссии, с общим главным штабом (в Краснодоне?) и централизованной системой обеспечения.

Однако даже самые оптимистичные приверженцы подобного расклада не видят для Новороссии перспективы превращения в полностью суверенное государство и понимают, что в лучшем случае можно говорить лишь о «приднестровском сценарии»: де-факто суверенитет и российское покровительство, де-юре — непризнанное на международной арене государство (даже если сама Россия когда-нибудь и признает Новороссию, как это случилось с Абхазией и Южной Осетией).

Новые танки, новые кадры

Считается, что «точкой бифуркации» здесь стал второй за несколько месяцев приезд президента Владимира Путина и всего его «политического Двора» в Крым, в Ялту, а также предшествующее ему введение ответных экономических санкций России против недружественных «западных партнёров». Несмотря на миролюбивую риторику ялтинского выступления Путина, активизация Москвы на «новороссийском» направлении косвенно подтверждается сразу по нескольким основаниям.

В частности, сегодня можно констатировать, что техническая поддержка со стороны России после неожиданного ухода Стрелкова с поста министра обороны ДНР нисколько не ослабла. Здесь обращает на себя внимание любопытное заявление нового премьер-министра ДНР Александра Захарченко от 15 августа — о «1200 чел. личного состава, которые проходили обучение в течение четырёх месяцев на территории Российской Федерации и были впущены в самый ответственный момент».

Непосредственно перед этим Захарченко упомянул о технике «сформированного резерва» в составе 30 танков и 120 БМП и БТР. Известно также, что в составе донецкого ополчения на днях появилось такое вооружение, как установки РСЗО «Ураган» и самоходные миномёты «Тюльпан». И хотя ополчение традиционно указывает на трофейное происхождение подобной техники, сенсационные высказывания на уровне главы правительства ДНР выглядят демонстративным объявлением о том, что Россия их не бросила и работа «Военторга» вышла на новый уровень.

В какой-то степени это подтверждается и неочевидным свидетельством двух британских репортёров, Роланда Олифанта из The Telegraph и Шона Уолкера из The Guardian, которые якобы видели, как колонна российской военной техники из двух десятков бронемашин пересекла российско-украинскую границу, проехав через «дыру в заборе с колючей проволокой, обозначающем демаркационную линию». По словам репортёров, сильнее всего их поразил не сам факт нарушения границы военной техникой с российскими номерами, а его демонстративность: БТРы и грузовики якобы даже не выключили ходовые огни. С таким пренебрежением к наличию возможных очевидцев перехода границы британцы, по их словам, столкнулись впервые.

Ну, а другим, уже совсем не военным подтверждением нарастающей вовлечённости Москвы в государственное строительство Новороссии являются, собственно говоря, те самые кадровые перестановки, о которых все говорят. И здесь обращают на себя внимание два обстоятельства.

Во-первых, «отставленные» фигуры вовсе не канули в небытие, а продолжают находиться внутри новороссийской иерархии власти. Про Стрелкова тот же премьер Захарченко заявил, что тот может заняться координацией штабов ДНР и ЛНР в масштабах единой Новороссии. Бородай признался, что после своей отставки даже не сменил донецкий кабинет. Экс-спикер парламента ДНР Денис Пушилин также находится при деле и занимается социально-экономическим направлением в республике.

Ещё интереснее поглядеть на тех, кто пришёл во власть в ДНР. О появлении на её политическом небосклоне такого тяжеловеса, как генерал-лейтенант Владимир Антюфеев, известно всем.

Причём, по некоторым свидетельствам, Антюфеев, выступая в ранге первого вице-премьера, занял кабинет Бородая и теперь проводит в нем совещания правительства: туда к нему, якобы, приходит даже Захарченко. Однако в калейдоскопе фактов многие упустили из виду, что и на другие ключевые должности в донецком правительстве также назначены приднестровцы. Кресло главы МИДа занял Александр Караман, бывший вице-премьер ПМР. Министром госбезопасности Донецкой республики стал Андрей Пинчук, бывший начальник управления внутренней безопасности МГБ Приднестровья. А МВД ДНР возглавил бывший антюфеевский подчиненный Олег Берёза.

Очень сложно углядеть в подобных назначениях признаки тотального кремлёвского слива Новороссии. А вот что сделать легко, так это по-новому взглянуть на «приднестровские» перспективы для формирующейся республики.

Чужой земли не надо нам ни пяди

Превращение Новороссии в новую ПМР — притом, что ни о какой экономической блокаде со стороны недругов тут не может быть и речи, — является, пожалуй, наиболее адекватной целью «украинской» политики Москвы. Во всяком случае, этот сценарий выглядит гораздо лучше, нежели гипотетические попытки «отвоевать обратно» всю Украину, посадив в Киеве «правильное руководство» в лице хоть Царёва, хоть Стрелкова.

Дело в том, что любая, даже самая антимайданная украинская власть вынуждена будет выстраивать свою политику в антироссийском ключе — несмотря на былые связи, собственный генезис и чаяния прорусски настроенного населения. Иначе невозможно будет объяснить, зачем вообще существует суверенная Украина, в чём смысл её «инаковости,» и почему она до сих пор не вошла в состав России.

Для нашей страны дело в этом случае осложнится ещё и тем, что новое руководство «освобождённой Украины» будет отстраивать свой суверенитет не только против России (политически), но и за счёт России (экономически) — как это происходило всю последнюю четверть века.

Поэтому единственным пророссийским сценарием на Украине является её раздел — с созданием Новороссии (как вариант, расширенной «от Луганска до Одессы») и сведением территории остальной Украины до традиционных границ «западенского» политического влияния, наблюдаемого на всех выборах и плебисцитах с начала 90-х годов. Такой вариант не только будет держать в тонусе саму Россию, но и обеспечит лояльность к ней со стороны новороссийского руководства.

Денис Тукмаков

ИСТОЧНИК: cont.ws

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

три × четыре =