Узбекская дилемма: вступать или не вступать в ЕАЭС?

За пределами Узбекистана очень часто рассуждают о том, что должна делать страна, но внутренние оживленные дискуссии среди представителей элиты – гораздо более редкое явление.

В прошлом месяце появился неожиданный участник продолжительной дискуссии о том, должен ли Узбекистан вступить в Евразийский экономический союз, в котором доминирует Россия.

Министр торговли США Уилбур Росс, выступая на мероприятии в Вашингтоне, проводимом Американо-Узбекской торговой палатой, выразил сомнения касательно этой перспективы, заявив, что это может помешать планам Ташкента по интеграции в мировую экономику.

«Стремление к членству в Евразийском экономическом союзе может осложнить и замедлить процесс вступления [во Всемирную торговую организацию], нарушив сроки, определенные лидерами Узбекистана», – сказал Росс в своем выступлении 22 октября.

Несколько дней спустя прилетела «ответка» от российского премьер-министра Дмитрия Медведева, который назвал высказывания американского чиновника «странными».

«И тем более странно эти заявления слышать от американской администрации, которая всячески вносит сумятицу в организацию мировой торговли, ведет торговые войны и по сути дезорганизует международный торговый оборот», – сказал Медведев.

Было еще одно «постороннее» лицо, которое чуть ранее подняло этот вопрос.  2 октября председатель Совета Федерации (верхней палаты парламента) России Валентина Матвиенко в ходе трехдневного визита в Узбекистан рассказала, что президент Шавкат Мирзиёев обязался окончательно принять решение по этому вопросу.

«Мы знаем, это озвучено, что президент Узбекистана принял решение и прорабатывается вопрос о присоединении Узбекистана к Евразийскому экономическому союзу», – сказала Матвиенко, обращаясь к своему узбекскому коллеге.  За пределами Узбекистана очень часто рассуждают о том, что должна делать страна, но внутренние оживленные дискуссии среди представителей элиты – гораздо более редкое явление.

Например, предпринимательница Азиза Умарова опубликовала пост – «крик души» – на своей странице Facebook с хэштегом #backtoussr.  «Боюсь, мы даже не имеем достаточного кадрового потенциала вести переговоры с россиянами. По опыту других замечу, что вероятно, мы и технические регламенты на экспорт продукции в свою пользу отвоевать не сумеем», – написала Умарова, которая ранее сообщила о своем намерении баллотироваться в парламент от президентской Либерально-демократической партии Узбекистана.  Умарова сказала, что ЕАЭС обречет Узбекистан на изоляцию и зависимость от экономически неблагополучной России.  «Обратного хода нет. Вообще никакого. Никакого тихого развода», – написала она.  Однако чиновники вели себя осторожнее. Они изучили, «куда дует ветер», прежде чем занять какую-либо позицию.  Два дня спустя после заявления Матвиенко первый зампред сената Садык Сафаев, который до этого фактически действовал как доверенное лицо президента в вопросе о вступлении в ЕАЭС, попытался снизить информационный шум.

«Ничего нового, сверхрезонансного здесь не прозвучало. Три года назад началась реализация обновленной внешней политики Узбекистана – более открытой, более прагматичной, менее политизированной, менее идеологизированной, – сказал Сафаев. – Естественно, Узбекистан внимательно изучает перспективы, возможности вступления в эту структуру. Там есть свои плюсы и минусы».  Судьба Узбекистана во многом уже связана с членами ЕАЭС, в который также входят Армения, Беларусь, Казахстан и Кыргызстан. Более миллиона граждан Узбекистана живут и работают в двух крупнейших странах блока – России и Казахстане. Эти государства также являются важными покупателями сельскохозяйственной продукции Узбекистана.

Экономист Дильфуза Рахимова опубликовала в правительственной газете «Народное слово» статью о том, как гарантированное свободное передвижение товаров, услуг, капитала и рабочей силы внутри объединения поможет укрепить прогресс, достигнутый за последние три года.  «В 2016-2018 годах товарооборот между Узбекистаном и странами ЕАЭС благодаря двусторонним соглашениям увеличился на 52% до 9,65 млрд долларов, что эквивалентно примерно 30% внешней торговли Узбекистана», – написала Рахимова в редакционном материале 29 октября.

Противники ЕАЭС приводят контраргумент, что Китай в 2017 году стал главным торговым партнером Узбекистана, обогнав Россию.  Так или иначе, это что-то новенькое для Узбекистана: внутри страны наблюдаются оживленные споры вокруг ЕАЭС, которые напоминают дебаты по Brexit, охватившие всю Великобританию после референдума в июне 2016 года.  Через неделю после того как Матвиенко уехала из Узбекистана, лидер партии Milliy tiklanish («Национальное возрождение») осудил сторонников вступления как желающих возродить СССР и ослабить суверенитет Узбекистана.

«Мы категорически против вступления в так называемый экономический союз, который преследует политические цели», – заявил в интервью сайту Kun.uz лидер Milliy tiklanish Алишер Кадыров.  Бахром Исмаилов, известный юрист, поддерживающий вступление в ЕАЭС, сказал Eurasianet.org, что членство – это вопрос прагматизма.

«Трудовые мигранты ежегодно тратят около двух миллиардов долларов на регистрацию и продление разрешения на работу. Если Узбекистан вступит в ЕАЭС, нашим гражданам не придется обращаться за разрешением на работу в странах [организации]. Эти деньги вернутся в экономику Узбекистана», – сказал Исмаилов.

Политолог Фархад Толипов считает, что миграцию не следует рассматривать как основание для вступления.

«Трудовая миграция в силу своей негативной природы не может быть фактором интеграции. Проблема трудовой миграции из Узбекистана прекрасно решается на двустороннем уровне», – сказал Eurasianet.org Толипов.

 

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

четыре × четыре =