МИД Приднестровья: Позиции сторон не меняются

нина штански2О предстоящих переговрах с Молдовой  рассказала вице-председатель правительства Приднестровья по вопросам международного сотрудничества, министр иностранных дел Нина Штански.

— Молдавские политики, глава миссии ОБСЕ в Молдове, глава делегации ЕС в Молдове, действующий председатель ОБСЕ, министр иностранных дел Украины говорят о необходимости перехода к политической повестке в приднестровском урегулировании. Господин Шубель даже высказал надежду, что во Львове «удастся это сделать»… Все это – обычное давление, которое хотят оказать на Тирасполь посредники и наблюдатели в формате «5+2» или свидетельство, что возникли условия для политических дискуссий по приднестровскому урегулированию?

—  Мне  хотелось бы надеяться, что подобные высказывания лиц, вовлеченных в процесс урегулирования,  ― не знак давления, а исключительно выражение их видения относительно переговоров. Что же касается давления, то, напомню, таковое на Приднестровье уже оказывалось. К чему это привело, надеюсь, все помнят. Однако давление – это не инструмент в современном диалоге и, надеюсь, что после возобновления официальных переговоров в формате «5+2» к таким формам акторы прибегать не будут, как бы велико у некоторых не было искушение.

Что касается повестки, подчеркну: мы высоко ценим то, что в ходе встречи со спецпредставителем действующего председателя ОБСЕ от Украины господином Дещицей был прояснен этот вопрос. Подход украинского председательства заключается в том, что на обсуждение будут вынесены вопросы, согласие на обсуждение которых выразили обе стороны. Я считаю, что это очень продуктивный подход, который позволит нам сконцентрироваться не на спорах  относительно видения повестки, а работать субстантивно и  на принятие решений.

— Поскольку с председательством Украины в ОБСЕ связываются надежды на некий «прорыв» в приднестровском урегулировании, то хотелось бы лучше узнать видение Тирасполя. Что следует ожидать в ближайшее время? Какие «плоды созреют»  к концу года? Действительно ли может появиться новый «алгоритм движения» без изменения позиции сторон?

— Прежде всего, позвольте возразить такой постановке вопроса: может ли появиться новый алгоритм движений без изменения позиций сторон? Трудно согласиться с тем, что позиции сторон не меняются. Ведь согласитесь, еще два-три года назад сложно было представить себе, что стороны смогут взаимодействовать в таких чувствительных сферах, как организация железнодорожного движения, вывод отработанных радиоизлучающих элементов, организация школьного отдыха на разных берегах Днестра. Разве это не говорит об изменении позиций сторон? Мне очень хочется, чтобы все понимали, насколько сложно искать компромисс, однако в то же время было заметно, сколько усилий стороны предпринимают для налаживания взаимодействия.

Что следует ожидать в ближайшее время? Думаю, что нужно ожидать новых решений, прежде всего, в области свободы передвижения. И вы знаете, что приднестровские инициативы сейчас расширяют эту сферу: мы предлагаем общаться не только на тему автотранспортного движения, что очень важно сегодня, но также — восстановления речного судоходства и гражданской авиации. Это логическое продолжение тактики «малых шагов», начало которой было положено руководителями сторон: президентом ПМР Евгением Шевчуком и премьер-министром РМ Владимиром Филатом в январе прошлого года в Одессе. Очень сложно представить себе достойное развитие экономики в условиях заблокированной инфраструктуры, когда экономические агенты фактически лишены возможности пользоваться тем, что потенциально должно быть им доступно.

— Последний год закончился, на мой взгляд, пессимистичной нотой в молдо-приднестровских отношениях. Тирасполь отозвал некоторые свои инициативы в экономической области и информационной сфере. Кишинев, США, ЕС оказывают давление на Приднестровье в банковской сфере. В последнее время у сторон конфликта возникают проблемы в Зоне безопасности. Создается впечатление, что у конфликта становится все больше потенциала, а не наоборот. Мы наблюдаем определенный этап во взаимоотношениях сторон, или следует говорить о формировании стойкой тенденции на обострение ситуации?

— Исходя из того, как вы обрисовали ситуацию, действительно может показаться, что она обострилась. Я не считаю, что предыдущий год привнес конфликтного потенциала. Напротив, мне кажется, что наши усилия были сосредоточены на том, чтобы его уменьшить. Да, нам многое не удалось сделать,  это перенесено на 2013 год. Однако те инициативы, которые были реализованы – это шаги навстречу друг другу, и такие шаги позволяют выстраивать атмосферу доверия, это то, что нам все еще нужно построить и то, чего пока, к сожалению, между нами нет.

Что касается конфликтного потенциала, то нужно быть честными и признать, что и он есть. Иначе прогресс в урегулировании был бы куда более интенсивным, но нам удалось  избежать взаимных обвинений, агрессивной риторики и конфронтации во взаимодействии, пусть даже не так результативно, как хотелось бы.

— Известно, что Приднестровье высказывается за дальнейшую интеграцию региона в Евразийский союз. Евгений Шевчук недавно озвучил идею использования на территории Приднестровья российского рубля. В то же время официальный Кишинев целенаправленно сближает Молдову с ЕС. Разница геополитических векторов Кишинева и Тирасполя не делает ли абсолютно бессмысленными переговоры на тему объединения Молдовы и Приднестровья?

— А есть переговоры на тему объединения Приднестровья и Молдовы? Ответом на ваш вопрос может быть повестка, по которой мы работаем в переговорах. Там предельно ясно изложено, что является предметом переговорного процесса между Приднестровьем и Молдовой. Я не считаю, что налаживание социально-экономического взаимодействия, решение проблем людей, проживающих в Приднестровье и Молдове, можно считать бессмысленным. А вот предрешать исход переговоров в одностороннем порядке, определять конечный результат урегулирования – это подход, противоречащий согласованным в прошлом году принципам и процедурам переговоров.

— В последнее время посредники и наблюдатели в политических консультациях на переговорах по приднестровскому урегулированию много говорят о необходимости укреплять доверие между сторонами конфликта. И эти меры – при поддержке ЕС – осуществляются уже несколько лет. Однако раз говорят, что доверия все нет, значит, то, что делалось, было малоэффективным. На Ваш взгляд, что именно действительно может способствовать возникновению доверия между двумя берегами Днестра?

— Способствовать доверию между сторонами конфликта может, на мой взгляд, исключительно предметное взаимодействие, решение конкретных практических вопросов, результаты которых ощутимы, прежде всего, людьми. Инструментом для построения такого доверия является, в первую очередь, проявление доброй политической воли, без которой очень многие вопросы могут попросту затеряться на уровне экспертов или остаться на бумаге. Немаловажным аспектом в вопросе построения доверия является еще и реализация договоренностей. И здесь политическая воля – определяющий фактор. Мы помним, как много соглашений между Приднестровьем и Молдовой остались нереализованными. Очень не хотелось бы повторять этот опыт, поскольку это никак не укрепляет доверие между сторонами. Что же касается усилия внешних акторов, в том числе в гуманитарной, социально-экономической сфере, то, безусловно, и это привносит свой вклад в построение атмосферы доверия между Приднестровьем и Молдовой.

ИСТОЧНИК: pan.md

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

двадцать − четыре =