Германия1Пожалуй, ни с одной страной Европы (за исключением, может быть, Украины) не было связано столько скандалов в последнее время, сколько с Германией. То Сноуден расскажет о полномасштабном прослушивании американскими спецслужбами немцев (включая канцлера), то американского шпиона задержат, то помощник госсекретаря в разговоре с послом на Украине пошлет подальше ЕС (читай, Берлин).

Теперь весь мир с ужасом читает, как немецкий врач Ольга Вибер заказывает украинскому «народному» депутату от фракции БЮТ, юристу Сергею Власенко 17 сердец, 50 почек, новые печени в количестве 35 штук, 30 поджелудочных желез и пять легких, которые надо бы вырезать из тел еще живых пленных ополченцев и жителей Донбасса.

Объединение Германии — триумф демократии или аншлюс?

Падение Берлинской стены, воссоединение Германии до сих пор прославляется как одно из величайших событий в становлении современной Европы.

При этом почему-то забывают, что даже диктатор Гитлер, когда присоединял Австрию в 1938 году, провел плебисцит об аншлюсе («за» проголосовало в Германии 99,08%, а в Австрии — 99,75%). Демократические же западногерманские политики, когда в 1990 году включали ГДР в состав ФРГ, спросить самих немцев, как ни странно, забыли.

Договор об объединении Германии от 31 августа 1990 года ратифицировала Народная палата ГДР. Но давайте ответим на вопрос: выражала ли она тогда волю всех немцев?

Оставим в стороне то, что ее избрание проходило с нарушением законодательства самой ГДР. Вначале выборы назначали на май, за семь недель до их проведения (28 января 1990 года) под давлением оппозиции передумали и решили ускорить — провести их досрочно18 марта 1990 года. При этом педантичные и «законопослушные» немцы почему-то забыли, что под столь судьбоносное голосование должна быть тщательно проработана правовая база — избирательное законодательство.

Первые «демократические» выборы прошли в условиях беспрерывной дискредитации преемницы СЕПГ — партии Демократического социализма. Тем не менее, она все же смогла занять третье место, получив 16,4% голосов.

Затем досталось социал-демократам. Соцопросы общественного мнения показывали их уверенную победу (особенно сильны позиции были в Тюрингии и Саксонии). Их «вина», с точки зрения Вашингтона, была в том, что они выступили за нейтральный статус будущей объединенной Германии, за выход из НАТО. В итоге за несколько дней до выборов на их руководство (в первую очередь, Ибрахима Беме) был вылит поток компромата, обвинений в связях со Штази.

В итоге на первом месте оказались апологеты евроатлантизма — христианские демократы (40,8% голосов). Социал-демократов Восточной Германии настолько дискредитировали и задавили, что они вынуждены были дальше поддерживать присоединение ГДР к ФРГ и НАТО.

 

У известного немецкого писателя М. Шнайдера есть книга «Прерванная революция». В ней приведены факты нарушения избирательных процедур, прямого вмешательства западногерманского правительства в ход голосования. Подобных случаев немало. СССР тогда разваливался буквально на глазах, и можно было не стесняться нарушать даже собственные правила. Во имя торжества «европейских ценностей» все методы хороши!

 

То, как решался вопрос с ГДР, разительно отличается от другого случая в европейской истории. После Второй Мировой войны Саар в течение нескольких лет был оккупирован французами. На его территории фактически было создано самостоятельное государство Саарленд. Оно даже принимало участие в Олимпийских играх под своим флагом.

США и Великобритания выступали за присоединение Саара к Франции (это к вопросу о «союзниках» немцев, в конце 1980-х эти же страны противились объединению и усилению Германии). В 1955 году саарцев заставили провести референдум, но 65% проголосовало против объединения с французами. Провели новый плебисцит — большинство оказалось за вступление в ФРГ.

Только 1 января 1957 года, после бурной общественной дискуссии, Саар вошел в состав Западной Германии. Как видим, никакой спешки не было. Кстати, французы не бросали здесь свое имущество, как Советский Союз в ГДР, а заставили подписать немцев целый перечень своих требований — вплоть до обязательства в качестве первого иностранного учить французский язык (что выполняется и по сегодняшний день).

Кто есть кто в сегодняшней Германии

Последний председатель Совета Министров Германской Демократической Республики Лотар де Мезьер в 1990 году возглавлял восточногерманских христианских демократов. Лидером социал-демократов ГДР был Ибрахим Беме. Эти люди фактически осуществили процесс присоединения Восточной Германии к Западной.

Но истинные авторы «воссоединения» этого не оценили. В октябре 1990 года незадолго до прекращения существования ГДР специальным уполномоченным по управлению архивами Штази стал Йоахим Гаук. Незамедлительно в СМИ потоком пошла информация, дискредитирующая и де Мезьера, и Беме, и других лидеров восточногерманских социал-демократов, христианских демократов, представителей Партии демократического социализма. Они-де все бывшие «агенты спецслужб ГДР».

В результате Лотар де Мезьер вынужден был оставить свой пост. Ушел и Беме. Ушел и лидер еще одной партии, «Демократического прорыва» (Вольфганг Шнур). Кто-то тут же продвинул на его место Ангелу Меркель, которая слила эту партию западногерманским христианским демократам, заслужив прозвище «девочка Коля».

Через время она приняла участие в смещении и дискредитации главного творца единой Германии. Сегодня — канцлер, союзник США.

Выброс компромата против де Мезьера, Беме, Шнура не мог в 1990 году произойти без ведома министра внутренних дел ФРГ Вольфгана Шойбле. Сегодня он — министр финансов Германии, влияет на формирование национальных бюджетов всех стран ЕС. Гаук — немецкий президент.

Наблюдая за их русофобскими высказываниями, невольно начинаешь задумываться, не является ли их миссией быть надсмотрщиками за не всегда предсказуемой фрау Меркель. Может, и сегодня их цель — вбросить «нужный» компромат, если Вашингтон засомневается в ее лояльности?

Такую Германию создали под высокопарные фразы о единстве немецкой нации, о торжестве «европейских ценностей» после падения Берлинской стены. Стала ли она свободнее, лучше, прекраснее? Скандалы, которые сотрясают немецкое общество в последнее время, заставляют сомневаться в положительном ответе на этот вопрос.

Во время своего блестящего выступления в бундестаге в июне 2014 года представитель партии «Левых» Сара Вагенкнехт процитировала французского историка и социолога Эммануэля Тодда: «Неосознанно немцы опять берут на себя роль, приводящую к катастрофе для других европейцев, и в один прекрасный день — к катастрофе для самих себя».

Начав когда-то строить «счастливое общество» на обмане собственных граждан и подтасовках, рано или поздно запутаешься в лабиринтах собственной двойственности, и потеряешь все.

Городненко Юрий, украинский политолог, для «России сегодня»

ИСТОЧНИК: РИА Новости

См. также: